Глава 1. Семья и друзья. Часть вторая.

***
Спустя еще два часа ожесточенных споров я меня начинает мучить головная боль и моим единственным желанием становится сбежать из этого Ада. Это представляется возможным только после того, как
объединенные силы большей половины Ордена, все-таки убедили директора в том, что Поттер будет в безопасности и в Штаб-квартире тоже, как можно дальше от безумия этой войны. Меня это не очень-то беспокоит - мальчишка нарвется на неприятности в любом случае, вопрос только в том, где нанесенного ущерба будет больше. Я склонен полагать, что, оставив его в Штаб-квартире, накачанного наркотиками, оглушенного, привязанного к кровати и с заткнутым ртом, мы получим самый безопасный для всех вариант, но никто (за исключением, пожалуй, Грюма) не прислушается к моему мнению.
Я был вторым, кто смылся из этой комнаты, к моему великому удивлению до тех пор, пока я не понял, кто сбежал ДО меня. Таинственный наблюдатель из противоположной ниши со всеми своими пятью футами роста и несколькими акрами одежды.
- Уже убегаешь? Ты пропустишь самое интересное.
- Этого «интересного» было больше, чем я смог бы выдержать. - Он отвечает подозрительно тихо, и я поражен сарказмом, пропитывающим его слова.
Хотя я вижу его только сзади, так как он не хочет, чтобы я его узнал, очевидно, что он всего лишь мальчик. С такого расстояния я замечаю, что одежда изначально была не его, не говоря уж о
платке. По крайней мере, я не думаю, что любой подросток с малейшими зачатками собственного достоинства стал бы носить платок с таким витиеватым узором, не говоря уж о том, что он женский. То есть он выглядит как мужчина, да и голос вроде тоже.
Я нацеливаюсь палочкой на него, но, поскольку он этого не видит, он идет дальше.
- Стоять. - Приказываю я, и он спотыкается и замирает. - Кто ты такой и как узнал о собрании?
Он на половину обернулся и я увидел, что он тоже держит в руках палочку. Такой юнец как он совсем не испугался меня и не опасается открытой конфронтации. Хотя тот факт, что он проник в Штаб Ордена, несмотря на всю установленную защиту, беспокоит меня куда больше.
- Спасибо за комплименты моей маскировке, профессор. Мне нужно было спрятать свою личность с весьма ограниченными ресурсами но, как видите, мне удалось войти и выйти отсюда без использования
магии, чтобы скрыть свою личность.
Я поднимаю палочку, пытаясь взять себе в руки, чтобы не порвать его на мелкие кусочки.
- Вы же не хотите это делать. - Издевается он, и я судорожно стискиваю пальцами палочку. - Мадам Помфри ненавидит, когда ее пациентов кто-либо проклинает.
Он, наконец, повернулся ко мне лицом, отказавшись от идеи сбежать, и я ловлю себя на мысли, что пялюсь на него, прямо в его зеленые расфокусированные глаза. Он достает очки из одного из
многочисленных карманов штанов, висящих на нем, и нацепляет их на нос.
- А теперь вы меня узнаете? - Нахально спрашивает он меня.
- Поттер! - Хотя я и стиснул зубы, с кончика моей палочки все равно срываются красные искры.
Я просто не могу контролировать себя в присутствии этого неблагодарного мальчишки! Он считает себя выше обычных смертных, прямо как Темный Лорд. Хотя Темный Лорд достаточно могущественен,
чтобы убедить в этом всех окружающих. Но Поттер всего лишь маленький сопливый идиот, которому все сходит с рук.
- Кто, скажи мне на милость, пригласил вас, мистер Поттер, на заседание Ордена? - Я подхожу к нему ближе. Он задумчиво пожимает плечами. Господи, какая жалость, что директор убьет меня,
если я сверну шею этому маленькому поганцу!
- Никто. Но в защите, по всей видимости, чего-то не хватает... - Говорит он небрежно, и я явственно ощущаю, как мое лицо искажается в злобном оскале.
Я ненавижу то, что он, склонный к драматизации идиот, все-таки прав. Если он смог просто войти в комнату, устроиться поудобнее и слушать, причем все это он делал без магии, то во всем этом есть что-то безумно тревожащее. Видимо кто-то очень серьезно этим пренебрегает.
Прежде чем я смог произнести что-то, что могло бы стать достойным ответом к его неслыханной дерзости, он убирает свою палочку, стаскивает свой ужасный платок и запускает руку в волосы.
- Если я не получаю от Дамблдора никакой информации, то мне приходится добывать ее самостоятельно.
О, нашему мелкому Спасителю кажется, что о нем все забыли. Он еще недостаточно понимает в этой жизни, чтобы игнорировать все правила и инструкции, которые ему дали, и натворить еще
что-нибудь.
- Орден делает все возможное, чтобы защитить вас.
- И это так хорошо работает... я потрясен. - Выплевывает он мне в лицо со своим типичным высокомерием. - Интересно, кто первый поймет, что чем высылать мне помощь, лучше научить меня
защищаться.
Он, что, серьезно? После того, что произошло месяц назад, Его Высочество могло бы хотя бы признать, что он нуждается в защите. Но, увы, нет.
- Вы абсолютно непригодны...
- К окклюменции? - Перебивает он меня прежде, чем я успел войти в раж и произнести что-нибудь безумно напыщенное. Мерлин, как я ненавижу этого красно-золотого монстра со всей его
самоуверенностью и дерзостью. - Возможно. - Он пожимает плечами. - Заметьте, что я имел в виду именно полноценную помощь. - Этот мальчишка еще будет насмехаться надо мной! - Последовательные инструкции и уважение меня как личности тоже не будут лишними.
Он, кажется, прочитал словарь с кучей умных слов, пока был у родственников. Может, это и к лучшему, но лично я прихожу в замешательство, когда слышу что-то хоть сколько-нибудь умное из его
уст.
- Хотя я не верю, что вы способны на это, профессор, я не хотел бы заострять внимание на том, что я был на собрании. Забудьте, что видели меня и позвольте мне, по крайней мере, умереть
так, как я хочу, учитывая, что все это время я был вынужден жить для других.
Он отворачивается от меня, полностью игнорируя тот факт, что моя палочка все еще нацелена на него, и двигается дальше. Мне кажется немного странным, что никто не вышел после нас, и только тогда я, наконец, понимаю, что в двух поворотах от того места, где проводилось собрание, причем по направлению к
Больничному Крылу, а вовсе не там, куда пойдут все с этого сборища.
- Поттер, меня от вашей позиции... просто тошнит. - Бедный недооцененный Мальчик-Который-Выжил. Его никто не обожает, никто не любит, никто не жалеет... Так что он делает это для себя. Такой
же самовлюбленный как и его отец.
- Ничего себе! - Спокойно отвечает он мне. Я проклинаю себя, потому что, вместо того, чтобы задержать его, я фактически следую за ним. - И это исходит от вас, сэр... Возможно вы смогли бы
вспомнить того маленького застенчивого одиннадцатилетнего мальчика, который затаив дыхание ждал своего самого первого урока зелий... чтобы потом быть униженным ожесточенным, ненавидящим его человеком, не понимая, что же он такого сделал, чтобы заслужить эту ненависть... - Какие трагичные картины он рисует... Какая невероятная предвзятость. И он еще имеет наглость обвинять меня?!
Я кидаю в него Петрификус, но он уклоняется, сделав шаг в сторону, несмотря на то, что он его даже не видел.
- Это было подло, сэр. Чем невинный первокурсник мог заслужить такую ненависть с вашей стороны? Выдернул вам пару волосинок в годовалом возрасте? Потому что я не могу припомнить ни единого случая до поступления в Хогвартс, когда я оскорбил бы вас.
- В мои обязанности не входит жалеть вас.
- Конечно, нет; вы тратите всю свою жалость на себя. - Это удар под дых, и я чувствую, как моя кровь вскипает, просто потому, что он обвинил меня в том же, в чем и я его, правда мысленно,
буквально минуту назад. - Кроме того, - добавляет он, - мне не нужна Ваша жалость. Мне просто хотелось проверить, действительно ваша совесть настолько атрофирована. - Я не уверен, но мне показалось, что я слышал усмешку в его, тем не менее, усталом голосе.
- И что же было для вас таким ошеломляющим в этом открытии? - Я произношу это, решив, что он просто не стоит усилий, чтобы следовать за ним по всему замку, учитывая, что я могу просто
пойти и рассказать все Дамблдору. Пусть он сам им занимается, а я умываю руки и иду готовиться к своей смерти, которая наступит или когда школу все же атакуют, или сразу после этого, когда Темный Лорд поймет, что я его предал.
- Оно не было таковым. - Говорит Поттер с усмешкой (причем я абсолютно уверен, что он скопировал ее у меня).
Если честно, то он не больно-то привлекателен (что является странным, потому что даже я признаю, что его родители были симпатичными, если не на слух, то на все остальное уж точно). У меня уходит несколько мгновений, чтобы понять, о чем же он говорит, и когда он понимает, что я на него не реагирую, он говорит то, что думает о моей совести:
- У вас ее просто нет.
Я уж не знаю, посмеяться ли мне за его спиной или просто проклясть его. Я решаюсь на типично
слизеринский ответ:
- Мои поздравления, Поттер. Вы узнали, что такое сарказм.
- О, нет, сэр. - Говорит он так легко, что меня даже расстраивают его типично слизеринские интонации, которые у него выходят даже лучше чем у Драко Малфоя (в ком, к сожалению, при огромном количестве амбиций практически нет хитрости). - Это не сарказм, это - констатация факта.
Он останавливается и некоторое время делает вид, что он думает, а я тем временем замечаю, что мы уже достигли дверей Больничного Крыла. Потом я замечаю, что он уставился на меня,
одновременно теребя свой пояс, на котором держатся его гигантские штаны (хотел бы я знать, где он взял их - видимо стащил у своих родственников), и готовится говорить дальше.
- Вы, случайно, не отрабатываете оскорбления на людях? Ладно, общежития Гриффиндорских парней достаточно оригинальны, но я никогда раньше не слышал о таком специфичном виде извращения.
На мгновение я, абсолютно ошеломленный, застыл в полной тишине. Оскорбления, которые он преподносил до сих пор, были просто ребяческим обзывательством, но он еще не переходил на
настолько личные. И он, безусловно, не делал никаких ссылок на сексуальные наклонности. Меня это
тревожит, особенно в совокупности с тем холодным пристальным взглядом, которым
он меня сейчас одарил. Я склонен поверить, что ему действительно нанесли какую-то психологическую травму, и поэтому сейчас должен находиться в кровати с дозой зелья Сна-Без-Сновидений, прежде чем он нанесет какой-либо ущерб персоналу или собственности школы.
Но вот я, лучше всего, не буду забивать этим голову, потому что это приведет
только к тому, что его самомнение лишь возрастет.
- О, я наконец-то узнал, что делают Гриффиндорцы вместо того, чтобы учиться. - Меня передергивает от собственных слов. Тревожно, несомненно. Но Поттер всего лишь уставился на меня.
- Меня интригует то, что обычно для своих самых колких слов вы выбираете именно меня. Неужели вы питаете ко мне тайную страсть?
Я стал жертвой заклинания «Левикорпус», несмотря на то, что сам являлся его изобретателем. Прямо сейчас ощущения были очень похожими. Я не могу думать ни о чем кроме как сказать
спасительное «Авада Кедавра», но хуже всего то, что я не мог позволить себе высказать эту специфичную мысль, тем более, что моя палочка все еще нацелена на него.
Когда я все-таки не отвечаю ему, он вновь пожимает плечами, открывает дверь и исчезает из моего поля зрения.

@темы: Творчество, Pantogogue